Чернов и Партнеры
Школа скорочтения апрель 2019

ЯРСТАРОСТИ: Губернатор Константин Полторацкий – слуга царю, отец солдатам

У русского царя в чертогах есть палата:

Она не золотом, не бархатом богата;

Не в ней алмаз венца хранится за стеклом;

Но сверху донизу, во всю длину, кругом,

Своею кистию свободной и широкой

Ее разрисовал художник быстроокой.

Тут нет ни сельских нимф, ни девственных мадонн,

Ни фавнов с чашами, ни полногрудых жен,

Ни плясок, ни охот, — а всё плащи, да шпаги,

Да лица, полные воинственной отваги.

Когда в 1835 году Александр Пушкин в Военной галерее Зимнего Дворца писал стихотворение «Полководец», посвященное Михаилу Барклаю-де-Толли, он не мог не видеть расположенный рядом с изображением генерала-фельдмаршала портрет Константина Полторацкого. Его в числе 332 генералов русской армии написал автор галереи, англичанин Джорж Доу с русскими помощниками. Константина Марковича художник  изобразил в темно­-зеленом генеральском мундире общеармейского образца с золотыми эполетами, красным стоячим воротником без шитья и черным шейным шарфом. На плечи его наброшена шинель. Грудь генерала украшают боевые награды.

Толпою тесною художник поместил

Сюда начальников народных наших сил,

Покрытых славою чудесного похода

И вечной памятью двенадцатого года.

Нередко медленно меж ими я брожу

И на знакомые их образы гляжу,

И, мнится, слышу их воинственные клики.

Из них уж многих нет; другие, коих лики

Еще так молоды на ярком полотне,

Уже состарились и никнут в тишине

Главою лавровой...

Жизнь генерал-лейтенанта от инфантерии Константина Полторацкого в это время нельзя было назвать тихой. В 1835 году он руководил Ярославской губернией, прилагая большие усилия к развитию культуры и промышленности нашего края.

Константин Маркович Полторацкий родился 21 мая 1782 года в семье директора придворной певческой капеллы Екатерины II Марка Полторацкого.

Искусство его отца Марка Федоровича, происходившего из семьи малороссийского священника, чрезвычайно высоко оценивалось современниками. Ему было пожаловано дворянство и титул действительного статского советника. Большая семья Полторацких стала довольно заметной в России первой половины 19 века. Основная заслуга в этом принадлежала матери Константина, Агафоклее Александровне (урожденной Шишковой) – русской предпринимательнице и откупщице, знаменитой «Полторачихе».

Замуж за Марка Федоровича Агафоклея вышла в 15 лет. Красавица, умница, необычайно деловитая и в то же время жесткая (если не сказать – жестокая), она основала крупное имение и железной рукой держала в подчинении не только своих крепостных и дворовых, но и детей, которых у нее было 22 человека. Начав с небольшого хозяйства, Агафоклея развила его в крупное поместье в четыре тысячи душ, основала винокуренные и другие заводы, позволившие ей держать на откупе почти всю Тверскую губернию. Господский дом в ее имении Грузины выглядел как настоящий дворец. И неслучайно – ведь построен он был по проекту архитектора Растрелли. Кстати, две из ее многочисленных внучек были пушкинскими музами – Анна Оленина и Анна Керн.

В возрасте двух лет, как это было тогда заведено, Константин был записан в лейб-гвардейский Семеновский полк. В 16 лет он произведен в прапорщики. Возможно, уже тогда его заметил наследник престола, будущий император Александр I, который над полком шефствовал. Так или иначе, но в 1801 году Полторацкий не только осведомлен о предстоящем дворцовом перевороте, но и принимает в нем участие.

Вне очереди 10 марта Константин заступил на дежурство у дверей Павла I и, после того как император был убит заговорщиками, продолжал охранять спальню убитого, не пуская туда без особого приказа даже императрицу Марию Федоровну – вдову Павла. Поручик Полторацкий в числе первых обратился к Александру I, как к самодержцу российскому – «Ваше Императорское Величество».

Начало 19 века ознаменовалось целым рядом войн. И наш герой самоотверженно сражается в каждой из них. В Европе он участвует в сражениях при Аустерлице, Гутштадте, Фридланде. Полковником его направляют в Молдавскую армию, где он сражается с турками при Батине, отличается в штурме Ловчи, а потом, уже в Сербии, – селения Громады.

К началу Отечественной войны 1812 года полковник Полторацкий, командир Тифлисского пехотного полка, награжден орденами Св. Анны 4 степени, Св. Владимира 4 и 3 степени, а также золотой шпагой с надписью «За храбрость». За сражение при Городечне Константин Полторацкий был награжден орденом Св. Георгия 4 степени и произведен в генерал-майоры.

В заграничном походе 1813-1814 годов генерал Полторацкий успешно командует войсками и часто добивается успеха. Сохранился рапорт о взятии его бригадой Лейпцига: «Генерал-­майор Полторацкий, бросаясь с Нушебургским полком и одним дивизионом Якутского полка с такою быстротою на засевшего за стенами деревни Шенфельд неприятеля, что вмиг штыками оного опрокинул и, поражая жестоко, гнал к Лейпцигу, и деревня сия совершенно была уже в восемь часов вечера очищена и удержана до другого дня».

Череда побед сменилась поражением при штурме Шампобера во Франции, где 29 января 1814 года Константин Полторацкий попал в плен к самому Наполеону. Как свидетельствует в книге «Описание похода во Францию в 1814 г.» первый историк Отечественной войны Александр Михайловский-Данилевский, император Франции лично допрашивал русского генерала.  Когда Полторацкий рассказал, что в битве принимало участие 3600 человек, Наполеон ему не поверил, сказав: «Этого не может быть! В вашем корпусе было не меньше 18 тысяч человек!», добавив, что «одни русские умеют так жестоко драться».

Впрочем, когда вопросы Наполеона коснулись места расположения русской армии и планах ее командования, Константин Маркович отказался продолжать беседу. Уважая его мужество, Наполеон приказал отправить русского генерала в Париж, где Полторацкого освободили союзные армии в апреле 1814 года.

Вернувшись к командованию бригадой, Константин Полторацкий находился во Франции в корпусе графа Воронцова. В 1818 году он был переведен в Москву. Рассказывают, что офицеры и солдаты Нашебургского полка плакали при прощании с Полторацким, настолько сильную любовь и расположение подчиненных он заслужил.

Вернувшись в Россию, Константин Маркович женится на фрейлине Высочайшего Двора княжне Софье Борисовне Голицыной. В 1822 году генерал Полторацкий получает назначение «состоять по армии», то есть, по сути, находится в резерве, без должности, хотя и продолжает числиться на службе.

В 1820-е годы Константин Полторацкий много внимания уделяет семейным вопросам. Он вступает после смерти матери в наследство огромным имением Грузины и многое там переделывает и улучшает.

В 1830 году уже новый император, Николай I, увольняет генерала Полторацкого в отставку из армии, переименовывает его в тайные советники и назначает на гражданскую должность Ярославского губернатора. Так началось 12-летнее пребывание Константина Марковича на нашей земле. Добавим, что в 1834 году его производят в генерал-лейтенанты и до 1842 года он исполняет обязанности генерал-губернатора – то есть военного губернатора, управляющего и гражданской частью Ярославской губернии.

Трижды за время своего генерал-губернаторства Константин Маркович принимал императора Николая I – в 1831, 1834 и 1841 годах (подробнее о визитах самодержца читайте ЯРСТАРОСТИ). Каждый из этих визитов приносил Ярославлю и ярославцам реальную пользу. Например, после осмотра начавшегося еще при Александре I берегоукрепления и благоустройства Волжской набережной Николай I выделил на эти цели дополнительно 70 тысяч рублей.

Надо сказать, что генерал-губернатор Полторацкий уделял большое внимание благоустройству дорог. Ярославские дороги в то время отличались в лучшую сторону от дорог соседних губерний. Это было замечено еще в начале 1820-х годов, когда в Ярославле побывал Александр I, который похвалил за состояние тракта тогдашнего губернатора Александра Безобразова. И результаты стараний Полторацкого были заметны. Очевидец описывал их так: на въезде со стороны Тверской губернии начиналась «прекрасно отделанная дорога, обсаженная по обеим сторонам березками и усыпанная хрящом (то есть крупным речным песком); это настоящий бульвар с двумя тенистыми по сторонам аллеями, огражденный валом и рвом, обложенными дерном».

В первый же год губернаторства Константина Марковича в Ярославле начала выходить газета «Ярославские губернские ведомости», печатавшая официальную и деловую информацию, а также различные статистические, исторические, этнографические материалы и частные объявления. Газета такого рода стала первой в России. Одновременно с ней по инициативе министра финансов Егора Канкрина планировалось начать выпуск газет еще в пяти крупных городах, но там дело не пошло. Только в 1938 году официальные издания появились в 43 других губерниях, и ярославская газета послужила для них образцом.

Получателями газеты в обязательном порядке были все присутственные места. Это требовало в 1831 году 230 экземпляров. Кроме того, на издание подписалось 315 частных лиц. В числе первых подписчиков был и генерал-губернатор Полторацкий.

С именем Полторацкого связано начало проведения в Ярославле местных выставок достижений сельского хозяйства, ремесел, промышленности. Константин Маркович считал, что это будет способствовать развитию деловой активности. Первая такая выставка открылась в губернском центре в 1837 году. Одним из ее посетителей стал будущий император Александр II, который тогда путешествовал по стране. Наследник престола с большим интересом осмотрел изделия ярославских мануфактур и промыслов, иконы, художественное шитье.

В 1839 году в Ярославле побывал самый знаменитый тревел-блогер того времени французский путешественник и очеркист маркиз Адольф де Кюстин. Ярославль французу не понравился, а вот ярославский губернатор удостоился его комплиментов писателя. В Россию писатель приехал по приглашению императора Николая I. Но то, что вышло из-под пера француза, настолько не понравилось российскому самодержцу, что бестселлер де Кюстина «Россия в 1839 году» в нашей стране был запрещен во все правление Романовых. Между прочим, в неприятии путевых заметок и рассуждений маркиза с монархами сошлись и большевики – полностью на русском языке книга была опубликована только в 1996 году.  Кстати, о пребывании де Кюстина в Ярославле ЯРСТАРОСТИ писали в одном из своих выпусков.

«Ярославль – важный транзитный пункт внутренней торговли России. Он расположен на Волге – естественной магистрали империи и столбовой дороге ее навигации, – таким увидел наш город де Кюстин. – Ярославль, как и все русские провинциальные города, необычайно разбросан и кажется безлюдным. Его улицы поражают своей шириной, площади похожи на пристани, а дома отделены друг от друга огромными пустырями, в которых теряется население. Его архитектура того же стиля, который господствует от одного конца империи до другого. Позолоченные и раскрашенные главы церквей, которых в Ярославле почти столько же, сколько домов, блестят издалека, как их московские прообразы, но город сильно уступает в живописности древней столице. Он стелется по плоской равнине и, вопреки своему торговому значению, кажется мертвым и печальным. Еще печальней окружающая его серая пустыня с рассыпанными кое-где чахлыми рощицами и широкая, как озеро, медленно катящая свои серые волны река, и свинцовое тускло-серое небо. Тоскливая, наводящая невыразимое уныние картина!».

Впрочем, этот ужас для путешественника несколько скрасил прием, оказанный ему генерал-губернатором и его семьей. Константин Маркович оказался, вопреки опасениям маркиза, «вылощенным европейцем-царедворцем, впрочем, гостеприимным хозяином». В доме говорили исключительно по-французски. Более того, супруга губернатора оказалась воспитанницей подруги бабушки маркиза. Полторацкие читали книги де Кюстина и не стеснялись его хвалить и развлекать. Так что впечатление от семьи генерал-губернатора путешественник вынес самое доброе.

«Я мог вообразить, что нахожусь в Лондоне или в Петербурге», – писал де Кюстин. Немало слов посвятил он описанию разнообразных кушаний, которыми Константин Маркович потчевал его на завтрак, переходящий в обед. Вообще Полторацкие, окружившие гостя истинно русским радушием, очаровали маркиза. Уезжая из Ярославля, он отметил, что «в провинции русская знать любезнее, чем при дворе».

Губернатор покровительствовал искусству. Сохранились сведения о том, что во время визита Николая I в Ярославль Константин Маркович обратил внимание императора на картину молодого художника из села Большие Соли Евграфа Сорокина.  Картина в своем названии – «Петр Великий за обедней в соборе замечает рисующего с него портрет Андрея Матвеева и предугадывает в нем талантливого живописца» – содержала весьма прозрачный намек. Без труда разгадав его, Николай распорядился принять Сорокина в Академию художеств. Добавлю, что картины художника и сейчас находятся в том же самом губернаторском доме, который теперь стал Ярославским художественным музеем.

«Европейский вкус салона начальника губернии и его гостей, особенную расположенность городского общества к различным культурным мероприятиям» отмечались и в «Ярославских воспоминаниях А.Н. Иволгина».

Но главным в работе генерал-губернатор считал все же развитие региона. Известно, что в течение 12 лет руководства краем он строил дороги, укреплял Волжскую набережную, заботился о развитии сельского хозяйства и образования.

В 1842 году Полторацкий вышел в отставку по состоянию здоровья. О том, что он пользовался большим уважением и любовью ярославцев, свидетельствует такой эпизод. Жители Ярославля собрали деньги и подарили церкви в имении Полторацкого Грузины иконостас и колокол, который должен был «сзывать всех окружающих на молитву многолюбимого всеми Константина Марковича». 

В Грузинах уже после отставки Полторацого посетил его племянник Владимир. В своих мемуарах он вспоминал: «Дядя на своем веку прожил громадные деньги, сначала при начале службы своей в Семеновском полку, потом во время Отечественной войны и в Париже, где, командуя бригадой в отряде Воронцова, он вошел в состав оккупационного нашего корпуса во Франции, а наконец впоследствии губернатором в Ярославле. Везде и всюду он известен был своею щедростью, гостеприимством и роскошью, а потому изрядно расстроил финансовые дела свои. У него были серьезные долги, его немало беспокоившие, но этого доброго и радушного, старого века, барина утешало то, что при всех критических переворотах он сумел сохранить за собою родовое имение, заветное наследие матери своей, Агафоклеи Александровны».

Последние годы Константин Маркович жил в Санкт-Петербурге, где и скончался 15 марта 1858 года. Похоронен ярославский генерал-губернатор Полторацкий в Сергиевой пустыни.

Александр Шиханов

Распечататьгубернаторконстантин полторацкий

Комментарии:

    Ангел скидка апрель 2019
    Дом ру апрель 2019
    Золотой сезон апрель 2019
    Адвокаты

    ЯРСТАРОСТИ: Войны генерала Павла Батова

    ЯРСТАРОСТИ: Сады, огороды и деревянные дома – Ярославль в начале 20 века

    Заглушка

    ЯРСТАРОСТИ: Романовы в Ярославле – Александр II Освободитель

    ЯРСТАРОСТИ: Романовы в Ярославле – Павел I Петрович

    © 2011 — 2019 "ЯРНОВОСТИ". Сделано наглядно в Modus studio

    Яндекс.Метрика